До того, как имя Кассиана Андора стало легендой, он был просто человеком, вынужденным делать выбор. В те первые, тёмные годы, когда Империя крепко сжимала свою власть, сопротивление было не организацией, а разрозненным ропотом в тени. Андора не искал героизма. Он искал выживания, а вместе с ним — справедливости для тех, кого растоптали.
Его путь вёл через гнилые космопорты и промозглые индустриальные миры. Каждая миссия была не подвигом, а кропотливой, опасной работой: украсть чертежи, подслушать разговор, найти слабое звено в цепи. Доверять было некому. Имперские патрули рыскали повсюду, а страх делал обычных людей молчаливыми. Он действовал в одиночку, полагаясь на холодный расчёт, инстинкты и горький опыт прошлых потерь.
Именно в этой тишине, доносящейся из-под грохота имперской машины, он начал улавливать ответ. Шёпот в переулке. Намеренно неверную отчётность клерка. Искру гнева в глазах раба. Эти разрозненные части он собирал, не осознавая, что помогает закладывать фундамент. Он не строил альянс — он лишь вытачивал инструменты для тех, кто осмелится позже взять их в руки.
Кульминацией стала операция на Секторе Фести. Это был не штурм, а кражу — похищение данных о зарождающемся имперском супероружии. Провал означал бы смерть и конец всем намёкам на неповиновение. Успех же, достигнутый ценой крови и потерь, доказал нечто важное: гиганта можно уколоть. Эта маленькая победа, добытая в кромешной тьме, стала одной из тех нитей, что позже сплелись в знамя Восстания. Андора же просто растворился в тенях, оставив после себя не славу, а шанс.
